А п куприн чудесный доктор. Куприн Александр Иванович — (Хрестоматия школьника)

А п куприн чудесный доктор. Куприн Александр Иванович — (Хрестоматия школьника)

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 589 355
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 547 982

Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с своей стороны, лишь изменил имена некоторых действующих лиц этой трогательной истории да придал устному рассказу письменную форму.

– Гриш, а Гриш! Гляди-ка, поросенок-то… Смеется… Да-а. А во рту-то у него. Смотри, смотри… травка во рту, ей-богу, травка. Вот штука-то!

И двое мальчуганов, стоящих перед огромным, из цельного стекла, окном гастрономического магазина, принялись неудержимо хохотать, толкая друг друга в бок локтями, но невольно приплясывая от жестокой стужи. Они уже более пяти минут торчали перед этой великолепной выставкой, возбуждавшей в одинаковой степени их умы и желудки. Здесь, освещенные ярким светом висящих ламп, возвышались целые горы красных крепких яблоков и апельсинов; стояли правильные пирамиды мандаринов, нежно золотившихся сквозь окутывающую их папиросную бумагу; протянулись на блюдах, уродливо разинув рты и выпучив глаза, огромные копченые и маринованные рыбы; ниже, окруженные гирляндами колбас, красовались сочные разрезанные окорока с толстым слоем розоватого сала… Бесчисленное множество баночек и коробочек с солеными, вареными и копчеными закусками довершало эту эффектную картину, глядя на которую оба мальчика на минуту забыли о двенадцатиградусном морозе и о важном поручении, возложенном на них матерью, – поручении, окончившемся так неожиданно и так плачевно.

Старший мальчик первый оторвался от созерцания очаровательного зрелища. Он дернул брата за рукав и произнес сурово:

– Ну, Володя, идем, идем… Нечего тут…

Одновременно подавив тяжелый вздох (старшему из них было только десять лет, и к тому же оба с утра ничего не ели, кроме пустых щей) и кинув последний влюбленно-жадный взгляд на гастрономическую выставку, мальчуганы торопливо побежали по улице. Иногда сквозь запотевшие окна какого-нибудь дома они видели елку, которая издали казалась громадной гроздью ярких, сияющих пятен, иногда они слышали даже звуки веселой польки… Но они мужественно гнали от себя прочь соблазнительную мысль: остановиться на несколько секунд и прильнуть глазком к стеклу.

По мере того как шли мальчики, все малолюднее и темнее становились улицы. Прекрасные магазины, сияющие елки, рысаки, мчавшиеся под своими синими и красными сетками, визг полозьев, праздничное оживление толпы, веселый гул окриков и разговоров, разрумяненные морозом смеющиеся лица нарядных дам – все осталось позади. Потянулись пустыри, кривые, узкие переулки, мрачные, неосвещенные косогоры… Наконец они достигли покосившегося ветхого дома, стоявшего особняком; низ его – собственно подвал – был каменный, а верх – деревянный. Обойдя тесным, обледенелым и грязным двором, служившим для всех жильцов естественной помойной ямой, они спустились вниз, в подвал, прошли в темноте общим коридором, отыскали ощупью свою дверь и отворили ее.

Уже более года жили Мерцаловы в этом подземелье. Оба мальчугана давно успели привыкнуть и к этим закоптелым, плачущим от сырости стенам, и к мокрым отрепкам, сушившимся на протянутой через комнату веревке, и к этому ужасному запаху керосинового чада, детского грязного белья и крыс – настоящему запаху нищеты. Но сегодня, после всего, что они видели на улице, после этого праздничного ликования, которое они чувствовали повсюду, их маленькие детские сердца сжались от острого, недетского страдания. В углу, на грязной широкой постели, лежала девочка лет семи; ее лицо горело, дыхание было коротко и затруднительно, широко раскрытые блестящие глаза смотрели пристально и бесцельно. Рядом с постелью, в люльке, привешенной к потолку, кричал, морщась, надрываясь и захлебываясь, грудной ребенок. Высокая, худая женщина, с изможденным, усталым, точно почерневшим от горя лицом, стояла на коленях около больной девочки, поправляя ей подушку и в то же время не забывая подталкивать локтем качающуюся колыбель. Когда мальчики вошли и следом за ними стремительно ворвались в подвал белые клубы морозного воздуха, женщина обернула назад свое встревоженное лицо.

– Ну? Что же? – спросила она отрывисто и нетерпеливо.

Мальчики молчали. Только Гриша шумно вытер нос рукавом своего пальто, переделанного из старого ватного халата.

– Отнесли вы письмо. Гриша, я тебя спрашиваю, отдал ты письмо?

– Отдал, – сиплым от мороза голосом ответил Гриша,

– Ну, и что же? Что ты ему сказал?

– Да все, как ты учила. Вот, говорю, от Мерцалова письмо, от вашего бывшего управляющего. А он нас обругал: «Убирайтесь вы, говорит, отсюда… Сволочи вы…»

– Да кто же это? Кто же с вами разговаривал. Говори толком, Гриша!

– Швейцар разговаривал… Кто же еще? Я ему говорю: «Возьмите, дяденька, письмо, передайте, а я здесь внизу ответа подожду». А он говорит: «Как же, говорит, держи карман… Есть тоже у барина время ваши письма читать…»

Читать еще:  Коллоидный рак молочной железы прогноз. Морфологическая классификация опухолей

– Я ему все, как ты учила, сказал: «Есть, мол, нечего… Машутка больна… Помирает…» Говорю: «Как папа место найдет, так отблагодарит вас, Савелий Петрович, ей-богу, отблагодарит». Ну, а в это время звонок как зазвонит, как зазвонит, а он нам и говорит: «Убирайтесь скорее отсюда к черту! Чтобы духу вашего здесь не было. » А Володьку даже по затылку ударил.

– А меня он по затылку, – сказал Володя, следивший со вниманием за рассказом брата, и почесал затылок.

Старший мальчик вдруг принялся озабоченно рыться в глубоких карманах своего халата. Вытащив наконец оттуда измятый конверт, он положил его на стол и сказал:

– Вот оно, письмо-то…

Больше мать не расспрашивала. Долгое время в душной, промозглой комнате слышался только неистовый крик младенца да короткое, частое дыхание Машутки, больше похожее на беспрерывные однообразные стоны. Вдруг мать сказала, обернувшись назад:

– Там борщ есть, от обеда остался… Может, поели бы? Только холодный, – разогреть-то нечем…

В это время в коридоре послышались чьи-то неуверенные шаги и шуршание руки, отыскивающей в темноте дверь. Мать и оба мальчика – все трое даже побледнев от напряженного ожидания – обернулись в эту сторону.

Вошел Мерцалов. Он был в летнем пальто, летней войлочной шляпе и без калош. Его руки взбухли и посинели от мороза, глаза провалились, щеки облипли вокруг десен, точно у мертвеца. Он не сказал жене ни одного слова, она ему не задала ни одного вопроса. Они поняли друг друга по тому отчаянию, которое прочли друг у друга в глазах.

В этот ужасный, роковой год несчастье за несчастьем настойчиво и безжалостно сыпались на Мерцалова и его семью. Сначала он сам заболел брюшным тифом, и на его лечение ушли все их скудные сбережения. Потом, когда он поправился, он узнал, что его место, скромное место управляющего домом на двадцать пять рублей в месяц, занято уже другим… Началась отчаянная, судорожная погоня за случайной работой, за перепиской, за ничтожным местом, залог и перезалог вещей, продажа всякого хозяйственного тряпья. А тут еще пошли болеть дети. Три месяца тому назад умерла одна девочка, теперь другая лежит в жару и без сознания. Елизавете Ивановне приходилось одновременно ухаживать за больной девочкой, кормить грудью маленького и ходить почти на другой конец города в дом, где она поденно стирала белье.

Весь сегодняшний день был занят тем, чтобы посредством нечеловеческих усилий выжать откуда-нибудь хоть несколько копеек на лекарство Машутке. С этой целью Мерцалов обегал чуть ли не полгорода, клянча и унижаясь повсюду; Елизавета Ивановна ходила к своей барыне, дети были посланы с письмом к тому барину, домом которого управлял раньше Мерцалов… Но все отговаривались или праздничными хлопотами, или неимением денег… Иные, как, например, швейцар бывшего патрона, просто-напросто гнали просителей с крыльца.

Минут десять никто не мог произнести ни слова. Вдруг Мерцалов быстро поднялся с сундука, на котором он до сих пор сидел, и решительным движением надвинул глубже на лоб свою истрепанную шляпу.

Александр Куприн — Чудесный доктор

Александр Куприн — Чудесный доктор краткое содержание

Чудесный доктор — читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с своей стороны, лишь изменил имена некоторых действующих лиц этой трогательной истории да придал устному рассказу письменную форму.

– Гриш, а Гриш! Гляди-ка, поросенок-то… Смеется… Да-а. А во рту-то у него. Смотри, смотри… травка во рту, ей-богу, травка. Вот штука-то!

И двое мальчуганов, стоящих перед огромным, из цельного стекла, окном гастрономического магазина, принялись неудержимо хохотать, толкая друг друга в бок локтями, но невольно приплясывая от жестокой стужи. Они уже более пяти минут торчали перед этой великолепной выставкой, возбуждавшей в одинаковой степени их умы и желудки. Здесь, освещенные ярким светом висящих ламп, возвышались целые горы красных крепких яблоков и апельсинов; стояли правильные пирамиды мандаринов, нежно золотившихся сквозь окутывающую их папиросную бумагу; протянулись на блюдах, уродливо разинув рты и выпучив глаза, огромные копченые и маринованные рыбы; ниже, окруженные гирляндами колбас, красовались сочные разрезанные окорока с толстым слоем розоватого сала… Бесчисленное множество баночек и коробочек с солеными, вареными и копчеными закусками довершало эту эффектную картину, глядя на которую оба мальчика на минуту забыли о двенадцатиградусном морозе и о важном поручении, возложенном на них матерью, – поручении, окончившемся так неожиданно и так плачевно.

Старший мальчик первый оторвался от созерцания очаровательного зрелища. Он дернул брата за рукав и произнес сурово:

– Ну, Володя, идем, идем… Нечего тут…

Одновременно подавив тяжелый вздох (старшему из них было только десять лет, и к тому же оба с утра ничего не ели, кроме пустых щей) и кинув последний влюбленно-жадный взгляд на гастрономическую выставку, мальчуганы торопливо побежали по улице. Иногда сквозь запотевшие окна какого-нибудь дома они видели елку, которая издали казалась громадной гроздью ярких, сияющих пятен, иногда они слышали даже звуки веселой польки… Но они мужественно гнали от себя прочь соблазнительную мысль: остановиться на несколько секунд и прильнуть глазком к стеклу.

Читать еще:  Новогодние обряды и ритуалы на исполнение желаний. Детские желания на Новый год

По мере того как шли мальчики, все малолюднее и темнее становились улицы. Прекрасные магазины, сияющие елки, рысаки, мчавшиеся под своими синими и красными сетками, визг полозьев, праздничное оживление толпы, веселый гул окриков и разговоров, разрумяненные морозом смеющиеся лица нарядных дам – все осталось позади. Потянулись пустыри, кривые, узкие переулки, мрачные, неосвещенные косогоры… Наконец они достигли покосившегося ветхого дома, стоявшего особняком; низ его – собственно подвал – был каменный, а верх – деревянный. Обойдя тесным, обледенелым и грязным двором, служившим для всех жильцов естественной помойной ямой, они спустились вниз, в подвал, прошли в темноте общим коридором, отыскали ощупью свою дверь и отворили ее.

Уже более года жили Мерцаловы в этом подземелье. Оба мальчугана давно успели привыкнуть и к этим закоптелым, плачущим от сырости стенам, и к мокрым отрепкам, сушившимся на протянутой через комнату веревке, и к этому ужасному запаху керосинового чада, детского грязного белья и крыс – настоящему запаху нищеты. Но сегодня, после всего, что они видели на улице, после этого праздничного ликования, которое они чувствовали повсюду, их маленькие детские сердца сжались от острого, недетского страдания. В углу, на грязной широкой постели, лежала девочка лет семи; ее лицо горело, дыхание было коротко и затруднительно, широко раскрытые блестящие глаза смотрели пристально и бесцельно. Рядом с постелью, в люльке, привешенной к потолку, кричал, морщась, надрываясь и захлебываясь, грудной ребенок. Высокая, худая женщина, с изможденным, усталым, точно почерневшим от горя лицом, стояла на коленях около больной девочки, поправляя ей подушку и в то же время не забывая подталкивать локтем качающуюся колыбель. Когда мальчики вошли и следом за ними стремительно ворвались в подвал белые клубы морозного воздуха, женщина обернула назад свое встревоженное лицо.

– Ну? Что же? – спросила она отрывисто и нетерпеливо.

Мальчики молчали. Только Гриша шумно вытер нос рукавом своего пальто, переделанного из старого ватного халата.

– Отнесли вы письмо. Гриша, я тебя спрашиваю, отдал ты письмо?

– Отдал, – сиплым от мороза голосом ответил Гриша,

– Ну, и что же? Что ты ему сказал?

– Да все, как ты учила. Вот, говорю, от Мерцалова письмо, от вашего бывшего управляющего. А он нас обругал: «Убирайтесь вы, говорит, отсюда… Сволочи вы…»

– Да кто же это? Кто же с вами разговаривал. Говори толком, Гриша!

– Швейцар разговаривал… Кто же еще? Я ему говорю: «Возьмите, дяденька, письмо, передайте, а я здесь внизу ответа подожду». А он говорит: «Как же, говорит, держи карман… Есть тоже у барина время ваши письма читать…»

– Я ему все, как ты учила, сказал: «Есть, мол, нечего… Машутка больна… Помирает…» Говорю: «Как папа место найдет, так отблагодарит вас, Савелий Петрович, ей-богу, отблагодарит». Ну, а в это время звонок как зазвонит, как зазвонит, а он нам и говорит: «Убирайтесь скорее отсюда к черту! Чтобы духу вашего здесь не было. » А Володьку даже по затылку ударил.

– А меня он по затылку, – сказал Володя, следивший со вниманием за рассказом брата, и почесал затылок.

Старший мальчик вдруг принялся озабоченно рыться в глубоких карманах своего халата. Вытащив наконец оттуда измятый конверт, он положил его на стол и сказал:

– Вот оно, письмо-то…

Больше мать не расспрашивала. Долгое время в душной, промозглой комнате слышался только неистовый крик младенца да короткое, частое дыхание Машутки, больше похожее на беспрерывные однообразные стоны. Вдруг мать сказала, обернувшись назад:

– Там борщ есть, от обеда остался… Может, поели бы? Только холодный, – разогреть-то нечем…

В это время в коридоре послышались чьи-то неуверенные шаги и шуршание руки, отыскивающей в темноте дверь. Мать и оба мальчика – все трое даже побледнев от напряженного ожидания – обернулись в эту сторону.

Вошел Мерцалов. Он был в летнем пальто, летней войлочной шляпе и без калош. Его руки взбухли и посинели от мороза, глаза провалились, щеки облипли вокруг десен, точно у мертвеца. Он не сказал жене ни одного слова, она ему не задала ни одного вопроса. Они поняли друг друга по тому отчаянию, которое прочли друг у друга в глазах.

В этот ужасный, роковой год несчастье за несчастьем настойчиво и безжалостно сыпались на Мерцалова и его семью. Сначала он сам заболел брюшным тифом, и на его лечение ушли все их скудные сбережения. Потом, когда он поправился, он узнал, что его место, скромное место управляющего домом на двадцать пять рублей в месяц, занято уже другим… Началась отчаянная, судорожная погоня за случайной работой, за перепиской, за ничтожным местом, залог и перезалог вещей, продажа всякого хозяйственного тряпья. А тут еще пошли болеть дети. Три месяца тому назад умерла одна девочка, теперь другая лежит в жару и без сознания. Елизавете Ивановне приходилось одновременно ухаживать за больной девочкой, кормить грудью маленького и ходить почти на другой конец города в дом, где она поденно стирала белье.

«Чудесный доктор»: ключевые мысли, образы и герои рассказа А.И. Куприна

Разберем главные мысли рождественского рассказа А. И. Куприна, рассмотрим главных героев, их поступки и жизненную позицию. Поделимся методическими советами, которые пригодятся учителю литературы для завершения цикла занятий по произведению.

Читать еще:  Знак зодиака лев и его совместимость с другими знаками. Совместимость женщины льва с другими знаками зодиака

Репродукция картины Люка Филдса «Доктор», 1891 г.

Смысл названия

В самом начале повествования автор спешит нас заверить, что его история совершенно правдива. Название рассказа же содержит некоторую установку на вымысел — всё чудесное, как и само чудо вообще, мы привыкли встречать в сказках. В них всегда есть место добру, справедливости, миру. В реальной жизни этим благам приходится туго — они оказываются в условиях борьбы с равнодушием, бессердечностью, злом. Как многие считают, среди этой борьбы чему-то (или кому-то) чудесному просто не хватает места. Однако А. И. Куприн заставляет поверить в наше сожительство с чудом. Не с проста он даёт своему рассказу именно такое название. Чудесный доктор — один из главных героев — похож на волшебника из сказки. Вот только чудотворность его слов и поступков не связана с магией. Причина — в человеческой чуткости, душевной доброте и желании помочь ближнему. Всё это может совершить настоящее чудо. А значит, каждый человек может стать чудесным доктором — тем, кто исцелит другого от недуга отчаяния.

Художественные образы

В рассказе представлены две реальности, контрастные друг другу. Первая — это городская реальность с её богатством красок: огнями на ёлках, бликами в стекле гастрономического магазина, золотом мандаринов, румяными лицами весёлых прохожих. Городу противопоставлен ветхий дом Мерцаловых, представляющий собой серую, мрачную, обледенелую бедность. Однако среди этих тёмных красок, даже вопреки им мерцает огонёк воли к жизни, веры в лучшее. В этом смысле фамилию главных героев можно назвать говорящей. Подземелье Мерцаловых — это тюрьма, в которую попали те, кого отвергла городская роскошь. Праздничная зимняя суета должна источать атмосферу радости, человеколюбие, однако она становится предлогом горожан не замечать чужие горести, отгородиться от несчастных. Городские жители представляют собой однородную массу безучастных к горю людей. К примеру, господин в енотовой шубе, повстречавшийся Мерцалову, считает своим долгом прочитать тому наставление, отчитать за бедность. Это демонстрация того, как городская интеллигенция свысока относится к неимущим.

Ключевые герои

Рассмотрим подробнее главных героев рассказа:

Мерцалов — отец, глава семьи, оказавшийся в труднейшем положении. Он видит бессилие своей жены и изнеможение детей. Его существование — медленная погибель. Осознавая свою бесполезность в помощи семье, Мерцалов задумывается о смерти: «Вот лечь бы и заснуть, — думал он, — и забыть о жене, о голодных детях, о больной Машутке».

Елизавета Ивановна старается ухаживать за детьми. Пережив уже смерть одного ребёнка, она борется за жизнь умирающей дочери. Автор описывает её так: «высокая, худая женщина, с измождённым, усталым, точно почерневшим от горя лицом. » Однако, несмотря на все горести, её не оставляет надежда — она остаётся стойкой в борьбе за жизнь членов семьи.

Дети Мерцаловых, конечно, лишены беззаботной поры. Володя и Гриша, как старшие, полностью вовлечены в спасение маленькой Машутки. Выполняя поручение матери, они оказываются в городе, дивятся его обычаям и красотам. Условия жизни Мерцаловых или закаляют детей для дальнейшей суровой жизни или пытаются сломить, как это произошло с Машуткой.

Профессор Пирогов становится спасителем Мерцаловых. Это человек гуманных взглядов, делающих его добрым избавителем семьи от ужасных перепитий жизни. Как известно, прототипом этого героя является настоящий учёный. Это наполняет историю, рассказанную А. И. Куприным, реалистичностью.

Основная мысль

Главной проблемой в рассказе является взаимоотношение людей. В нашем мире с человеческим милосердием сосуществует безразличие и равнодушие. Победа последних может означать для некоторых людей потерю веры в лучшее. Одна из главных мыслей «Чудесного доктора» состоит в том, что люди не должны быть безучастны к несчастью окружающего, ведь каждый из нас может сотворить чудесное — спасти от отчаяния. Доктор исцелил семью Мерцаловых. Человеческая отзывчивость — вот важнейшее средство «По рецепту профессора Пирогова». Также в рассказе присутствует мысль о том, что нельзя терять надежду. Мерцалов-отец был сокрушён внешними обстоятельствами и признал свою беспомощность перед ними. Но и в жизни происходят чудеса — всегда найдётся тот, кто протянет руку помощи, как говорит Пирогов, «. главное — не падать никогда духом».

Методические советы для учителя

Перед тем как говорить о творчестве А. И. Куприна, о его рассказе конкретно, лучшим решением будет познакомить ребят с биографией писателя. В этом плане хорош учебник «Русский язык и литература. Углублённый уровень. 11 класс. Часть 1» под редакцией В. В. Агеносова (с. 172-188), так как он ещё и анализирует хронологию творчества, рассказывает о многих других произведениях писателя.

После прочтения и обсуждения «Чудесного доктора» рекомендуем предложить школьникам творческое задание — написать эссе на одну из следующих тем (напомнить ребятам об особенностях жанра сможет учебник «Русский язык» для 9 класса под редакцией М.М. Разумовской, с. 154):

  • Что такое чудо? Есть ли место чуду в нашей жизни?
  • Как сохранять надежду на лучшее и не падать духом?
  • Чудесный доктор — это профессия или человеческое естество?

При написании эссе следует приводить примеры, аргументы из прочитанного текста А. И. Куприна и, конечно же, использовать собственные мысли и рассуждения.
#ADVERTISING_INSERT#

Источники:

http://www.litmir.me/br/?b=48593&p=1
http://libking.ru/books/prose-/prose-rus-classic/67551-aleksandr-kuprin-chudesnyy-doktor.html
http://rosuchebnik.ru/material/chudesnyy-doktor-klyuchevye-mysli-obrazy-i-geroi-rasskaza-a-i-kuprina/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector